Европейский Союз готовит масштабное расширение санкционных списков в отношении России, направленное в первую очередь на её военно-промышленный комплекс. Сегодня, 7 октября, послы стран ЕС должны рассмотреть около 1650 новых включений в списки. Примерно 1570 из них касаются предприятий и лиц, связанных с российским ВПК, причем более половины этой группы — с ракетным производством.

Предложение подготовила Европейская служба внешних действий. Если послы одобрят его, окончательное утверждение министрами иностранных дел ЕС ожидается 12 октября. Речь идет о крупнейшем единовременном пополнении санкционных списков с начала полномасштабного вторжения РФ. Предложенные ограничения пока не приняты.

Акцент на ракетном производстве поднимает вопрос, выходящий за рамки санкций против самих российских заводов: откуда они получают электронику для своего оружия? Списки Главного управления разведки Минобороны Украины показывают, что в российских ракетах и ударных дронах используются компоненты американских, европейских и азиатских производителей.

Чья электроника используется в российских ракетах и дронах

Фокус проанализировал опубликованные на портале ГУР War&Sanctions перечни компонентов крылатой ракеты Х-101, баллистической ракеты «Искандер-М» и дрона «Герань-4» в версии «октябрь 2026».

Процентные доли Фокус рассчитал исходя из количества позиций в перечнях ГУР, а не по массе или стоимости компонентов либо полному составу оружия. Страны указаны по месту нахождения штаб-квартир производителей. Наличие их продукции в российских ракетах и дронах само по себе не свидетельствует о прямых поставках в РФ — для этого необходимо установить цепочки поставок.

Х-101: преобладание американских производителей

Из 138 обнародованных позиций 83,3% приходятся на производителей из США. В списке figurieren процессоры Intel, микросхемы памяти, программируемая логика Xilinx, компоненты Texas Instruments и Analog Devices. Часть этой электроники входит в состав бортовых вычислительных систем и системы наведения ракеты.

На долю Китая и Японии приходится по 3,6%, Нидерландов, Тайваня и Швейцарии — по 2,2%, России — 2,9%. Среди примеров — китайские преобразователи напряжения, японский процессор Renesas, нидерландские буферные микросхемы, тайваньская память и швейцарские компоненты регулирования напряжения. Российский двигатель, боевая часть и другие крупные узлы описаны на портале отдельно, поэтому небольшая доля РФ в этом списке не означает, что почти вся ракета изготовлена за рубежом.

«Герань-4»: электроника из США, Китая и Швейцарии

В списке для октябрьской версии дрона — 74 позиции. На долю американских производителей приходится 47,3%, китайских — 16,2%, швейцарских — 13,5%, японских — 8,1%. Еще 2,7% приходится на Великобританию, по 1,4% — на Германию и Тайвань; происхождение 9,5% позиций не установлено.

Речь идет, в частности, о памяти и сигнальных процессорах, навигационных модулях, микроконтроллерах, инерциальном модуле и компонентах системы питания. В отчетах ГУР указаны американская компания Micron, китайская Unicore и швейцарская STMicroelectronics.

«Искандер-М»: российские узлы и иностранные микросхемы

Среди 177 позиций доля американских производителей составляет 52,5%, российских — 21,5%, швейцарских — 6,8%, белорусских — 4,5%, тайваньских — 3,4%. На долю Германии приходится 2,3%, Китая — 1,7%, Японии — 1,1%; ещё 6,2% позиций имеют неустановленное происхождение.

В перечне figurent американская программируемая логика и преобразователи сигналов, швейцарский GNSS-приемник, тайваньские процессоры и память, немецкие разъемы, китайские FPGA и японские реле. Наряду с ними — российские микропроцессоры, блоки питания и логические микросхемы.

Эти данные показывают, насколько международным остается перечень производителей электроники, обнаруженной в российском оружии. Но смогут ли новые санкции прервать их поставки? Достаточно ли ограничений в отношении российских предприятий и лиц, чтобы повлиять на доступ к таким компонентам, и как быстро это может отразиться на производстве ракет — Фокус спросил у экспертов.

«Платите за компоненты по трем ценам»: как санкции должны ударить по производству российских ракет

Новые ограничения должны затруднить закупку компонентов для российского ВПК, однако их эффект будет проявляться постепенно — по мере исчерпания запасов. Об этом в комментарии Фокусу рассказал уполномоченный президента Украины по вопросам санкционной политики Владислав Власюк. По его словам, ядро пакета составляют предприятия, производящие ракеты, микроэлектронику и комплектующие.

«Это один из самых масштабных пакетов в сфере ВПК: около 270 компаний и почти 700 физических лиц. Ядро пакета составляют производители ракет, микроэлектроники и компонентов, в частности «Корунд-М», «Салют», завод «Марс» и «Элекон», которые работают в цепочке производства баллистического оружия.

Для предприятий ВПК и связанных с ними лиц это означает затрудненный доступ к финансированию и контрагентам, а следовательно — более сложные и дорогостоящие закупки компонентов. Из-за санкций вы либо теряете возможность купить определенные товары, либо платите за них в три раза больше, а значит — покупаете меньше. Эффект накапливается постепенно. Он станет заметным по мере исчерпания запасов компонентов, и в первую очередь — в производственных показателях», — объясняет Власюк.

В то же время Россия пытается обойти ограничения через посредников и третьи страны. Поэтому, как он подчеркивает, контроль должен осуществляться на всех этапах поставок — от проверки покупателя производителем до ответственности за нарушения.

«Россия постоянно ищет новые маршруты через третьи страны и скрывает конечного получателя. Поэтому противодействие должно быть комплексным: надлежащая проверка контрагентов со стороны компаний, контроль и ответственность со стороны государств, постоянный обмен информацией. Производитель — это самый эффективный способ», — отмечает он.

Отдельное направление российской адаптации — замена западной электроники другими компонентами. Однако для высокоточных систем такая замена по-прежнему представляет проблему. По словам Власюка, всё чаще речь идёт также о китайских подделках американской продукции.

«Россия с 2022 года активно занимается импортозамещением, и ей удаётся заменить часть электроники. Однако для наиболее высокоточных систем полноценная замена по-прежнему затруднительна, и зависимость от отдельных западных компонентов сохраняется. Именно поэтому контроль над этими компонентами остается одним из самых действенных инструментов.

Интересно, что количество китайских подделок американских компонентов растет — теперь их доля составляет уже треть, по сравнению с 1/5 в 2022 году. При этом свежее исследование CAR показывает, что именно использование подделок объясняет проблемы с точностью и надёжностью ракет. По сути, такая замена и подделки — вынужденный шаг из-за санкционного давления», — говорит Власюк.

Чтобы ограничения затрагивали сами схемы закупок, он предлагает переходить от санкций против отдельных компаний к системным мерам. Не менее важным является время между выявлением участника схемы и введением ограничений партнерами.

«Переходить от точечных мер к системным инструментам: механизмам противодействия обходу санкций в ЕС, вторичным санкциям и мерам в отношении целых секторов и юрисдикций, используемых для обхода. Цель — сделать воспроизведение схемы экономически и юридически невыгодным».

Важна также скорость. Более 80% компаний из этого пакета Украина внесла в свой список ещё в 2022–2023 годах. Чем быстрее решения синхронизируются, тем меньше времени у России на перестройку схем. Именно поэтому мы поддерживаем переход ЕС к постоянным обозначениям (rolling designations) без ожидания очередного пакета», — подчеркивает эксперт.

Отвечая на вопрос о самом болезненном для российского ВПК решении, которого до сих пор не принято, Власюк называет системное перекрытие поставок критически важных компонентов через третьи страны.

«Для этого необходимы усиленный контроль за реэкспортом, ответственность за ненадлежащую проверку конечного пользователя и последовательные санкции в отношении владельцев предприятий ВПК. Кроме того, возможности в области финансового комплаенса и комплаенса самих производителей еще не исчерпаны. Каждая юрисдикция имеет свои особенности, и мы работаем с партнерами над решениями, которые будут эффективны именно в их условиях», — объясняет Власюк.

Оценивать результаты санкций через три–шесть месяцев, по его словам, нужно по нескольким показателям одновременно.

«Таможенные данные РФ закрыты, поэтому оценка основана на OSINT и закрытых источниках. Ключевые показатели:

• динамика производства отдельных типов средств поражения;
• изменения в составе компонентов;
• признаки использования запасов;
• задержки и изменения логистических маршрутов.

«Оценивать их следует в совокупности: ни один отдельный показатель сам по себе не даёт полной картины», — говорит Власюк.

Почему санкции не перекрывают России ресурсы для войны

Россия сохраняет доступ к деньгам и технологиям благодаря торговле со странами, которые не присоединились к западным ограничениям. Поэтому результат новых санкций будет зависеть от того, удастся ли повлиять на эти связи и обеспечить выполнение уже принятых решений. Такое мнение в комментарии Фокусу высказал главный консультант Центра внешнеполитических исследований Национального института стратегических исследований, кандидат экономических наук Иван Ус.

По его словам, экономический вес стран, вводящих санкции, уже не обеспечивает России полной изоляции. Москва может переориентировать торговлю на других партнеров, обладающих достаточными финансовыми возможностями.

«Есть Китай, есть Индия, есть Турция, есть другие страны, которые совершенно нормально взаимодействуют с Россией. Когда Россия говорила, что не страшно, что мы с Западом разошлись, у нас есть Глобальный Юг, она на самом деле права. Потому что у этих стран достаточно и баз, и финансовых возможностей», — объясняет Ус.

Соответственно, по его мнению, необходимо усиливать давление и на партнеров РФ. Эксперт поддерживает подход, при котором сотрудничество с Москвой будет создавать для третьих стран риск потери выгод от торговли с Западом. Однако для этого необходимы согласованные действия США, Европы и других союзников.

Ус также обращает внимание на технологические возможности Китая по замене западной электроники для России. В то же время Власюк предупреждает: для наиболее высокоточных систем полноценная замена до сих пор остается сложной задачей. Поэтому важными остаются как контроль над критически важными компонентами, так и давление на Пекин, который сам нуждается в доступе к западным технологиям.

«Нужно, чтобы у Китая была мотивация свести к минимуму контакты с Россией. К тому же, как бы там ни было, Китаю также нужна технологическая база Европы. Очень многие технологии они как раз получали с Запада», — отмечает он.

Как отмечает Ус, для оказания влияния на производство ракет ключевую роль по-прежнему играет контроль за соблюдением санкций и поставками компонентов.

«Главное — контроль за исполнением. Ведь эта фраза о том, что строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения, приводит к тому, что санкции якобы существуют, а когда разбирают то, что прилетело, то там находят детали из многих стран — и из ЕС, и из США», — подчеркивает Ус.

Когда у России не хватит денег на войну: по каким признакам это можно определить

Повышение налогов, тарифов и сборов свидетельствует о том, что российские власти перекладывают всё большую часть финансовой нагрузки на население. Однако самым ярким сигналом нехватки денег Иван Ус считает возможное принудительное изъятие банковских сбережений граждан.

Эксперт проводит параллель с потерей доступа к сбережениям в конце существования Советского Союза.

«Если Россия сейчас повторит этот шаг, это станет очень четким сигналом о том, что все — денег там не хватает», — отмечает Ус.

Речь идет о возможном сценарии, а не о уже принятом решении российских властей. Пока же, по оценке эксперта, финансовое давление проявляется в виде постепенного увеличения платежей, которые государство взимает с граждан и бизнеса.

«Сейчас произошло повышение тарифов на коммунальные услуги. Там ещё и налоги поднимут. Расширяется сфера применения так называемого утилизационного сбора», — объясняет он.

Ус обращает внимание на то, что дополнительные сборы в конечном итоге закладываются в стоимость товаров. Покупатель платит больше, а подорожание создает новое инфляционное давление. Таким образом, попытка пополнить бюджет оборачивается ростом расходов для самих россиян.

В то же время даже более дорогая нефть, по мнению эксперта, не позволяет Москве оставлять все дополнительные доходы в бюджете. Часть средств приходится направлять на «топливный демпфер» — компенсации компаниям, призванные сдерживать цены на топливо внутри страны.

«Цена выросла, и Россия якобы может заработать больше, но при этом придется платить больше собственным компаниям, чтобы они не поднимали цены на бензин. Если они не будут тратиться на сдерживание роста цен, то тогда это приведет к инфляции», — говорит Ус.