Не прошло и трёх недель после так называемого «пасхального перемирия», как хозяин Кремля вновь заговорил о новом — уже к 9 мая. Формальный повод выглядел почти безупречно: личный звонок в Вашингтон с поздравлением Мелании Трамп, словами поддержки после очередного покушения на президента США и обсуждением напряжённости в Ормузском проливе. Но за этой дипломатической обёрткой — очередная попытка навязать выгодную РФ повестку.

Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что перемирие, предложенное Путиным Трампу, должно начаться 9 мая — в День Победы. Конкретные сроки его действия, по его словам, пока не определены: окончательное решение о дате начала и завершения будет принимать лично президент РФ.

При этом в Кремле подчёркивают: для объявления перемирия Москве не требуется согласие Киева. Это, как отметил Песков, односторонняя инициатива Путина, которая «будет реализована» независимо от реакции Украины.

В свою очередь Владимир Зеленский ответил, что поручил украинским представителям связаться с командой президента США и узнать детали российского предложения о краткосрочной «тишине». Он подчеркнул, что Украина стремится к миру и обеспечивает нужную дипломатическую работу для реального окончания войны.

«Выясним, о чем конкретно идет речь: о нескольких часах безопасности для парада в Москве или о чём-то большем. Наше предложение — прекратить огонь долгосрочно, обеспечить надёжную безопасность для людей и долговременный мир. Украина готова работать ради этого в любом достойном и эффективном формате», — отметил Зеленский.

В то же время, как заявил Зеленский, Россия может потребовать снятия санкций в обмен на перемирие, и сказал, что для Украины это «большой риск».

«Я думаю, что Россия может поднять вопрос о прекращении огня в обмен на снятие санкций с определенных предприятий. Я знаю, что они поднимают вопрос о снятии санкций SWIFT, чтобы их банки могли работать. Для Украины все это — большой риск», — сказал президент.

Зеленский также заявил, что Украина всегда положительно реагирует на искренние предложения о перемирии, но не хочет, чтобы пауза стала тактическим обманом со стороны России, которая хочет спокойно провести парад, а потом возобновить атаки. К тому же непонятно, какой именно срок перемирия предлагает Путин, тем более что Украина и многие другие страны чтят память погибших во Второй мировой войне 8 мая.

Очередное «перемирие»: Путин пошел на опережение

С одной стороны, в том, что Москва вновь заговорила о перемирии на время парада на Красной площади, нет ничего неожиданного. В прошлом году — также к 9 мая — ситуация развивалась по схожему сценарию. Этот год не стал исключением, и подобный шаг был вполне прогнозируем, считает политолог Владимир Фесенко.

«Я думаю, что Трамп и Путин разыграли небольшой спектакль для широкой публики, где оба выступили в роли бенефициаров. Трамп мог поставить вопрос: нужно хотя бы небольшую паузу в войне, чтобы люди не гибли, давайте хотя бы на некоторое время прекратим военные действия. На что Путин мог ответить: «Конечно же, уважаемый Дональд Трамп, я готов. Вот у нас большой праздник в ближайшие дни — 9 мая. В прошлом году было перемирие, давайте сделаем перемирие на 9 мая». Путин сказал, что прекрасно договорились. Вот и всё — обе стороны довольны. Поэтому нет никакой сенсации, всё банально и ожидаемо», — говорит Фокусу Фесенко.

Похожий сценарий готовился и к так называемому «пасхальному перемирию». Однако тогда инициативу перехватил Зеленский, предложив паузу в боевых действиях раньше Москвы — и тем самым сбив выстроенную Кремлём логику.

В результате Путин был вынужден реагировать и фактически поддержать идею, но в характерной для себя манере — не напрямую, а через собственную инициативу. Как подчёркивает эксперт, для Кремля принципиально важно сохранить за собой право последнего слова и представить любое решение как собственный шаг.

«Россия всегда играет именно так. Поэтому ожидать никаких серьезных значимых последствий тоже не стоит. Это сугубо формальное перемирие — на один или на два дня, не важно. Это не имеет никакого значения, потому что, как это было и с Пасхой, будут нарушения, не будет полного прекращения огня. И это лишь временная ситуация, которая никоим образом нас не приближает к миру», — считает Фесенко.

Перемирие — повод сесть за стол переговоров?

Очевидно, что таким образом Кремль стремится обеспечить дополнительную безопасность празднований 9 мая, считает политолог Руслан Бортник. По его оценке, речь идёт о попытке добиться негласной паузы в ударах — прежде всего со стороны Украины. Москва, по сути, рассчитывает на зеркальный шаг и исходит из того, что в этот период Киев воздержится от атак, в том числе с применением беспилотников, по мероприятиям в столице РФ.

При этом, подчёркивает эксперт, у Кремля нет полной уверенности в способности гарантировать безопасность таких событий, что и подталкивает к подобным инициативам.

Вторая задача — политико-дипломатическая. По словам Бортника, тему перемирия Путин использовал и в разговоре с Трампом, чтобы продемонстрировать себя сторонником деэскалации. Таким образом Москва пытается уравновесить инициативы Зеленского о возможных переговорах — в частности, на площадках в Турции или Азербайджане, которые украинская сторона продвигает в последние недели.

В то же время, отмечает политолог, за публичной логикой могут скрываться и менее очевидные процессы.

«Есть как минимум две очевидные технологические уловки. Но не исключено, что существует и дополнительный, непубличный трек — связанный с реакцией украинской стороны и консультациями с США. Я допускаю, что сейчас могут вестись переговоры о более длительном перемирии как основе для нового раунда диалога. Не исключаю и возможные визиты посредников — например, Джареда Кушнера — как в Украину, так и в Россию. В таком случае расширенное перемирие могло бы стать фоном для перезапуска переговорного процесса», — говорит Фокусу Бортник.

О том, что Россия хочет выглядеть в роли миротворца, объявив «майское перемирие», отметил и Владимир Фесенко. И считает, что в этой ситуации Украина может этим воспользоваться.

«Как отмечал Владимир Зеленский, партнёрам в США необходимо буквально объяснять: перемирия на один-два дня не дают результата. Их следует использовать как инструмент давления, чтобы добиться более длительного прекращения огня. Речь о возвращении к формуле, которую ранее предлагали американцы: базовое перемирие на 30 дней с возможностью продления. Именно за такой подход и стоит бороться», — считает Фесенко.

Как отмечает политолог, задача Украины — не просто реагировать на подобные инициативы, а использовать их как инструмент давления на Кремль. Если Москва настаивает на перемирии к 9 мая, Киев может поддержать его, но с принципиальным условием — дальнейшей пролонгации.

При этом, подчёркивает эксперт, параллельно необходимо договариваться о механизмах верификации и контроля за соблюдением режима тишины. Речь идёт о том, чтобы перемирие не осталось формальностью или имитацией, а превратилось в реальную, управляемую процедуру, где любое нарушение оперативно фиксируется и пресекается.

Согласиться ли Украина на «майское перемирие»?

Очевидно, что Москва добивается перемирия прежде всего для того, чтобы без рисков провести майские празднования. При этом, как отмечают эксперты, ситуация выстраивается таким образом, что в любом сценарии Россия получает информационное преимущество.

Если Украина не поддержит инициативу, её могут обвинить в срыве перемирия. Если же Киев предложит альтернативный формат или не будет его придерживаться, Москва, вероятно, представит это как отказ от договорённостей — несмотря на то, что речь изначально идёт об одностороннем заявлении без согласованных условий.

Таким образом, инициатива с перемирием становится не только военным, но и инструментом информационного давления на международной арене.

«У Украины есть выбор — согласиться или отказаться. Однако, судя по реакции Владимира Зеленского, вероятность того, что Киев поддержит схожий формат, остаётся высокой. Мы не отклонили эту идею сразу — и это показательно, учитывая, что речь идёт об односторонней инициативе, выгодной прежде всего России. Что это перемирие даёт Украине? По сути — ничего: за ним не стоит переговорный процесс», — считает Бортник.

Однако, как считает Фесенко, упускать эту возможность не стоит — ситуацию следует использовать, чтобы скорректировать подход США к переговорному процессу. По его словам, подобный опыт уже есть: первоначальная версия американского мирного плана не устраивала Украину, однако в ходе доработки её удалось частично изменить и сделать более компромиссной. В то же время в документе сохранились спорные положения, в частности идея вывода украинских войск из Донбасса.

«В прошлом году, в марте, при посредничестве американской стороны был согласован совместный подход: первым шагом к прекращению войны должно стать перемирие — режим прекращения огня на 30 дней с возможностью дальнейшего продления. Тогда обсуждался и вариант секторального прекращения огня. Именно к этой логике и стоит возвращаться. Есть и другие примеры — например, переговоры по Ирану: несмотря на паузы и противоречия, их отправной точкой также было прекращение огня», — говорит Фесенко.

Напомним, ранее Дональд Трамп признался, что «поддерживает контакт» с Путиным.

А во время визита короля Чарльза президент США шептался с ним перед чаепитием и сообщил, что «Путин хочет войны».